Влахернский дворец в Стамбуле

Влахернский дворец являлся вторым императорским дворцом Константинополя и резиденцией Палеологов. Дворцовый комплекс располагался в северо-западной части города, в непосредственной близости с Влахернской церковью и был защищен оборонительными стенами.

Несмотря на то, что в лучшие времена Большой Влахернский дворец представлял собой целый комплекс зданий и залов, к XV веку императорской семьей, скорее всего, использовалось только здание дворца Порфирогенета — именуемое, в наше время, музеем Текфур.

Сегодня, мы лишь пытаемся собрать некоторые фрагменты большой картины — сложить пазл, где много недостающих деталей. У нас нет данных, чтобы составить полное представление о том, как выглядел комплекс Влахернского дворца, но мы попробуем описать его детали и отдельные части строений.

Влахернский дворец

Влахернский дворец располагался на крутом северном склоне шестого холма Константинополя и его строительство осуществлялось поэтапно. С момента его возведения, дворец постепенно расширялся, став главной императорской резиденцией в эпоху Комнинов и Палеологов. К югу от дворца находилась церковь Панагии Влахернской, в непосредственной близости от которой, стоял дворец Палеологов (дворец Порфирогенета). Именно это здание, по предположениям, дало название сегодняшнему кварталу Балат (от греческого «palation»).

От того, что представлял собой дворец в ту эпоху, а точнее, его комплекс, когда в нем жили императоры, почти ничего не сохранилось, за исключением части фундамента и стен террасы.

Вероятно, некое важное строение во Влахернах было уже в V веке — этот вывод можно сделать на основании источника «Notitia Urbis Constantinopolitanae». Это список зданий, сооружений и памятников Константинополя периода Феодосия II. В данном документе указано, что в регионе под номером XIV числился один дворец. Здесь стоит отметить, что не все исследователи сходятся во мнении о том, что Влахерны относились к XIV-му региону, но это не отменяет того обстоятельства, что здания, построенные здесь, появились уже после церкви Панагии Влахернской. Эта церковь была построена в середине V века женой Льва I (457-474) — Пульхерией.

Структура Влахернского дворца

Триклинии

Из Книги церемоний Константина VII Багрянородного нам известно, что к концу V века, вокруг центрального двора уже стоящего дворца, были пристроены триклинии (обеденные залы). Среди этих залов:

• Триклинос Сороса, относящийся ко времени Льва Первого,
• затем, при правлении Анастасия Первого (491-518) дворцовый комплекс расширяется и добавляется Триклинос Анастасиакоса,
• Триклинос Данубиос (Зал Дуная)
• Триклинос Океанос (Зал Океана).

Зал Данубиос был соединен со спальней (koiton) и Триклинием Анастасиакос портиком Иосифитоса, а также, сообщался с расположенным ниже Влахернским церковным комплексом, посредством винтовой лестницы. Как был связан Триклиний Океанос с другими частями дворца остается неизвестным.

Во внутреннем дворе или вокруг него находилось несколько дворцовых сооружений, хотя связь между ними неясна. Псевдо-Кодий пишет, что имел место дворец, который состоял из из зала приемов (триклиноса) и личных покоев императора (келлион, келлия или койтон), соединенных с проходом (так называемым перипатосом, который выполнял церемониальную функцию) с дворцовой церковью.

В дополнение к церкви, здесь также была часовня, которая была украшена фреской с изображением святого Георгия, обращенной во внутренний двор. Площадка для прокипсиса (торжественных церемоний) также находилась во внутреннем дворе. Однако, с учетом других источников, можно сделать вывод, что на территории комплекса находилось не одно дворцовое здание, а несколько дворцов или пристроек.

Информации о том, что произошло с ранневизантийскими постройками — триклиниями, примыкавшими в Влахернской церкви — у нас нет. Также, ничего неизвестно о здании, построенном до периоды Комниных, которое использовалось Константином IX Мономахом в XI веке. В то же время, постройки Комнинов активно использовались и Палеологами, и, по всей видимости, служили главными резиденциями.

На этом этапе, мы можем предположить, что представлял собой комплекс: главное здание дворца и двор, вокруг которого позднее были пристроены триклинии (4 зала), за пределами дворцовых стен — Влахернская церковь, соединенная проходом с основными зданиями.

Новые пристройки

Последующими строениями, добавленными к территории дворца, стали дополнительные стены. Первый этап стен пристроили после осады Константинополя персами и аварами в 626 году, во время правления Ираклия, а вторым этапом — после болгарской осады в 813 при Льве V. Таким образом, находящаяся до этого вне оборонительных стен, церковь Влахерны, теперь оказалась под их защитой. Работа над этими оборонительными стенами продолжалась и в IX веке — в периоды правления императоров Михаила II, а следом — императора Феофила. Дочь Феофила пристроила к дворцовому комплексу часовню, посвещенную Святой Фёкле, которую сегодня ассоциируют со зданием мечети Токлу Деде (Toklu Dede camii). В XI в. часовня была уничтожена при пожаре, но восстановлена Романом IV, а затем и Михаилом VII Дукой. Можно предположить, что из-за этого пожара в некоторой степени пострадал и дворец.

На время правления Алексея I Комнина приходится расширение дворца — он добавляет Триклиний с великолепным тронным залом, названным в его честь. Сооружение, носящее название «Анемас», состоящее из 14 отсеков и находящееся за крепостной стеной — также возведено в этот период. Сегодня оно именуется «тюрьма/подземелья Анемас», но в момент постройки, скорее всего, оно служило более бытовым целям, нежели тем, чем стало позднее — местом заточения.

Таким образом, к этому времени — к началу XII века у дворца появились дополнительные стены и церковь Влахерны теперь была также защищена укреплениями. Был добавлен большой тронный зал, помещения Анемас и была выстроена небольшая часовня.

Несмотря на уже имеющиеся укрепления в этой части города, Мануил I (XII век), внук Алексея I Комнина, выстроил еще одну стену с целью максимально обезопасить сторону дворцового комплекса. Стена напоминала собой дугу, выпуклую с западной части и переходящую в башню Исаака Ангела.

Он также использовал элементы, взятые из Большого дворца для украшения Влахернской резиденции. В это же время, он возводит два Триклиния, названных в честь себя и своей жены — Ирины (Берты Зульцбах). Об этих подробностях мы узнаем из письменного труда Вениамина Тудельского и Одо из Деуила.

Одо из Деуила посетил Константинополь в 1147 году, в рамках Второго крестового похода. Он находился с армией за пределами крепостных стен, но император Мануил I Комнин, время от времени, приглашал его посетить город. Одо поделился своими впечатлениями о дворце в своих заметках: «Несмотря на то, что фундамент  Влахернского дворца заложен в низине, он достигает возвышенности в силу своей превосходной конструкции и элегантности и, благодаря своему окружению с трех сторон, позволяет своим обитателям любоваться морем, полями и городом».

Влахерны — замок на холме?

На момент правления династии Палеологов, дворец мог представлять собой некую цитадель — по крайней мере, кажется, что так он и задумывался. Здания дворца, располагались на возвышении и были окружены мощными укреплениями. Общая планировка дворца нам неизвестна, но, по словам путешественника Ибн Баттуты (XIV в.), впечатление он производил следующее: «На вершине холма расположена небольшая цитадель и султанский дворец». По более ранним источникам создается картина высотного дворцового комплекса, а Жоффруа де Виллардуен (летописец Четвертого крестового похода), использует при упоминании дворца слово «замок».

Дворец был возведен между двумя городскими стенами — главной и остатками крепостной стены), его фасад выходил во внутренний двор, а с юго-западным углом была соединена башня, то данная постройка по описанию соответствует дворцово-цитадельному типу (когда башня или донжон соединены с главным церемониальным крылом).

Во времена Исаака II Ангела (конец XII — XIII века), рядом с башней Анемас появилась еще одна — впоследствии так и названная, в честь императора.

Влахерны стали местом важных исторических событий в последующие годы — впервые армия крестоносцев разбила свой лагерь именно под стенами этого дворца и, затем, предприняла попытку штурма в 1203 году. Во дворце велись переговоры между восстановленным в правах Исааком II Ангелом, его сыном Алексеем IV и посланцами крестоносцев, после побега Алексея III из города. Через год, крестоносцы опять попытали удачу под стенами дворца, но пробиться в город с этой стороны не смогли.

Когда латинянам все же удалось войти в Константинополь, византийская знать как раз пыталась найти себе убежище во Влахернском дворцовом комплексе. Впоследствие, дворец был захвачен и разграблен графом Генрихом Фландрским, а резиденцией первого латинского императора (Балдуина Фландрского) становится дворец Буколеон. Позднее, Влахернский дворец станет резиденцией Балдуина II, а Влахернская церковь становится католической на все время латинской оккупации.

После освобождения города от латинян, во Влахерны возвращаются уже Палеологи — Михаил VIII реконструирует дворец, делает его своей резиденцией, а спустя некоторое время, украшает настенными росписями, посвященными его победе при Берате в 1281 г. Андроник II продолжает ремонтные работы во дворце. В этот период, на территории комплекса, проходит большой синод, который отверг решения Лионского собора.

Постройки вблизи Влахернского дворца

Недалеко от ворот Керкопорты, к востоку, можно увидеть пролом в стене — это малые ворота Айвансарай, ведущие к небольшой улице, по направлению к церкви во Влахернах (Теотокос), в то время, как дорога, идущая налево приведет прямиком к пристани (сегодня — Айвансарай). Вероятно, что здесь находились ворота Килиомене (Κοιλιωμένη Πόρτα), у которых сходили на берег императоры в XIII в., когда собирались посетить церковь или Влахернский дворец. Это была единственная пристань, находящаяся вблизи этих объектов. Перед воротами должен был быть императорский пирс, который упоминает Никита Хониат (хотя некоторые полагают, что пирс был у пристани, что сейчас носит имя Балат). Таким образом, император или его гость, прибывший по воде, мог высадиться на берег у пристани, пройти прямиком в церковь или попасть во дворец.

Вблизи улицы, ведущей от пристани к церкви, были обнаружены руины двухэтажного здания, у которого имелись три нефа. Идентифицировать данное строение не удалось, но некоторые исследователи, например, Андреас Давид Мордтманн предполагают, что это мог быть Карианский портик (Καριανὸν Ἔμβολον), возведенный императором Маврикием (539-602). На стенах Карианского портика были изображены сцены из жизни императора, охватывающие его детские годы и вплоть до восшествия на престол.

На данный момент, нет никаких сведений о том, возводились ли какие-то строения в комплексе дворца императорами Ираклием, Львом V и Михаилом II. Также, не было найдено руин (да и не проводились данные археологические изыскания) дворца Карианос, который был построен Феофилом для своих дочерей. Таким образом, можно сделать вывод о том, что нет ни одного здания, построенного до Комнинской эпохи и дошедшего до нашего времени. Большинство сохранившихся сооружений на этом месте относятся к XII веку и это — несколько оборонительных участков стен.

Такая же судьба постигла дворец Мануила I Комнина — эта постройка исчезла без следа и определить ее масштабы не представлется возможным.

Два дворца Константинополя

Несмотря на распространенную версию о том, что в один прекрасный день императоры «переехали» из Большого дворца во Влахерны является не совсем верной — упоминания о Влахернах как о месте, где велись придворные дела, относятся к началу XI века.

Первое и самое известное из них относится ко времени правления Романоса III Аргироса в 1031г., когда Константин Диоген, обвиненный в заговоре, находился на допросе во Влахернском дворце у Иоанна Праипоситоса (πραιπόσιτος).

Еще одно упоминание, касающееся Большого дворца, также относится к концу XI. В 1078 г., пока жители города присутствовали на литургии в Соборе Святой Софии, Михаил VII Дука «председательствовал в воскресенье во дворце во Влахернах и вел дела в присутствии всего сената». Здесь же говорится о том, как произошел переворот Никифора Ботаниата против Михаила VII и как спустя несколько дней солдаты узурпатора захватывают Большой дворец, а Михаил бежит во Влахернский монастырь. В это время, «те, кто был в городе, поставили стражу у обоих дворцов».

Существуют и другие упоминания о том, как происходили перемещения между двумя дворцами достаточно долгое время, но не окончательный переезд из одного в другой. Причем, подобные перемещения начались еще до эпохи Комнинов, примерно в XI веке, и продолжались весь XII век, вплоть до Четвертого крестового похода. Церемониал Комнинов, и Мануила I в частности, свидетельствуют об использовании обоих дворцов и перемещениях между ними.

Заседания синода проводились в тронном зале Алексия во Влахернах в 1094 и 1171 г., а также в Большом дворце в 1166 и 1170 г. Мануил принимал своих гостей в обоих дворцах. Таким образом:

• На территории дворцового комплекса во Влахернах состоялся синод (1094), касающийся спора и участия Алексея в пополнении казны ценностями, конфискованными у церкви.
• Скорее всего, здесь же во Влахернах, император принял в качестве гостей лидеров Первого крестового похода зимой 1096-67 г., среди которых были Раймунд Тулузский, Боэмунд, Стефан Блуасский, Роберт Фландрский и Годфри.
• Во Влахернском дворце во время второго крестового похода император принимает Людовика VII и Конрада III,
• Султана Кылыч Арслана в 1162 г. — в Большом дворце Константинополя (по словам Киннамоса).

Стоит отметить еще один интересный факт: после отвоевания Константинополя летом 1261 года, Михаил VIII, изначально, поселяется в Большом дворце, а на во Влахернах. Такое решение нам объясняют Грегорас и Пахимер. Грегорас пишет, что такое решение было принято потому, что Влахернский дворец не был пригоден для заселения и был «по большей части засыпан порохом и пеплом» («ἦν τὸ πλεῖστόν γε καπνοῦ καὶ κόνεως ἐµπεπλησµένον»(Gregoras I, 87.22-23)).

По словам Пахимера, 15 Августа 1261 года, как раз в тот день, когда вовсю палило солнце и Михаил VIII вступил в город с торжественной процессией, было решено поселить его в Большом дворце, так как Влахернский не был готов к императорскому пребыванию — он был полон дыма и итальянской сажи, которой банкетчики Балдуина, вымазали стены дворца и уборка представляла собой сложную задачу. Второй причиной Пахимер обозначает безопасность нахождения императора в Большом дворце, так как он впервые въезжал в город в неспокойные времена. Большой дворец мог быть более безопасен в связи с тем, что был расположен дальше от разрушенных городских стен.

Влахернский дворец и его судьба

При изучении дворца во Влахернах возникает множество проблем, так как научный интерес к данному сооружению был изначально ограничен. Это, в первую очередь, связано с тем, что он уступал главной императорской резиденции прошлых времен — Большому дворцу.

Изначально, многие гости Константинополя описывали Влахернский дворец маленьким, например, Роберт Кларийский, летописец Четвертого крестового похода, говорит о том, что Большой дворец является более внушительным. По его словам, Большой дворец состоял из пятисот комнат, соединенных друг с другом и в нем было не менее 30 часовен, как маленьких, так и больших. В то же время, во Влахернском «не менее 20 часовен» и всего «было двести или триста комнат».

На восприятие Влахернского дворца, как более скромного и простого, повлияли также рассказы двух испанских путешественников XV века — Перо Тафура и Руя Гонсалеса. Тафур говорит, что «дворец, скорее всего, был великолепен, но теперь он в таком состоянии, что и он, и сам город демонстрируют то зло, от которого пострадали и продолжают страдать люди», а также, что «внутренняя часть находится в плохом состоянии, за исключением тех частей, где, несмотря на тесноту, могут жить император, императрица и придворная обслуга» (Michael Angold, ‘The decline of Byzantium seen through the eyes of western travellers’, in Ruth Macrides (ed.), Travel in the Byzantine World (Aldershot 2002), 213-232, 220- 221 and 223-225).

Причиной контраста между двумя византийскими дворцами, а также, более пренебрежительного отношения ко дворцу во Влахернах, является разница между описаниями в двух церемониальных книгах — сборником церемоний X века и книгой церемоний XIV века (под именем Псевдо-Кодинос). О Большом дворце известно больше подробностей, так как «Книга церемоний» X в. описывает множество церемониальных маршрутов по дворцовому комплексу, называя все здания и комнаты по именам. В то же время, книга Псевдо-Кодинос, описывающая Влахернский дворец, упоминает гораздо меньше церемоний и ссылается на ограниченное количество помещений и комнат с общими названиями, откуда мы делаем вывод, что помещений было не так уж и много.

Даже если предположить, что Псевдо-Кодинос описывает не все залы, то все равно, Влахернский дворец «меркнет» по сравнению с былой роскошью и размерами Большого дворца.

Сохранившиеся описания дворца периода XIV века дают представления о небольших имперских церемониях, где упоминается триклиний с прилегающей к нему спальней, соединенной с церковью длинной галереей. Упоминается здание с четырьмя колоннами рядом с дворцовым входом, которое отождествляется с воротами Гипсела (высоким сооружением, похожим на башню).

Пока Большой дворец еще использовался, Влахернский уже становится главной императорской резиденцией при династии Комниных. Это приводит не только дальнейшему упадку прошлого дворцового комплекса, но также к кардинальным изменениям императорских маршрутов. Маршрут от Золотых ворот вдоль Месы постепенно забывается и на замену приходит дорога от акрополя к Собору Святой Софии и Ипподрому.

Новый дворцовый комплекс во Влахернах играл важную идеологическую роль — подчеркнуть основании новой династии, а также, еще раз акцентировать внимание на том, что император является представителем Бога на земле — новая резиденция находилась в непосредственной близости с Влахернской церковью.

Последние десятилетия, Византийская империя приходила в упадок, что, несомненно, отражалось на всех аспектах политической, экономической и культурной жизни, на архитектуре. Влахернский дворец не стал исключением и также, как первая резиденция Византийских императоров, постепенно угасал и приходил в запустение.

О плохом состоянии комплекса, как и всего города, упоминает Перо Тафур, посетивший Константинополь в 1437-38 г. Влахернская церковь, что располагалась вблизи дворца, в 1434 была полностью уничтожена пожаром.

Вполне вероятно, что к моменту завоевания Константинополя, Палеологи использовали только здание дворца Порфирогенета — сегодняшний музей Текфур — и строения Анемас, а остальные сооружения дворцового комплекса во Влахернах пришли в упадок, а к XVI веку уже были близки к состоянию руин. Такой вывод можно сделать на основании того, что путешественники, посещавшие город в это время уже не могли идентифицировать здания дворца.